Форумная текстовая ролевая игра в антураже фэнтези
новости
активисты

Добро пожаловать на форумную ролевую игру «Аркхейм»

Авторский мир в антураже многожанровой фантастики, эпизодическая система игры, смешанный мастеринг. Контент для пользователей от 18 лет. Игровой период с 5025 по 5029 годы.
Добро пожаловать на форумную ролевую игру «Аркхейм» Авторский мир в антураже многожанровой фантастики, эпизодическая система игры, смешанный мастеринг. Контент для пользователей от 18 лет. Игровой период с 5025 по 5029 годы.

Аркхейм

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Аркхейм » Личные эпизоды » Спасение утопающих


Спасение утопающих

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Лирея / конец 5023 года

Хоглан фон Айнцберн, Лира Мирлесс

https://catherineasquithgallery.com/uploads/posts/2021-02/1614392428_40-p-temnoe-mesto-fon-47.jpg

Эпизод является игрой в в  прошлом и закрыт для вступления любых других персонажей. Если в данном эпизоде будут боевые элементы, я предпочту стандартную систему боя

Подпись автора

Голос
Музыкальная тема

0

2

Хоглан сидел в гостиной и курил, время от времени поднося бокал с виски ко рту. Разумеется, не в своей гостиной. А у друга, Кристофа Магнуса де Кесселя. Последние дни выдались сильно изматывающими и занятыми. Но торговец был рад, что у него всё получилось. Как и сама семья де Кесселей. Ведь теперь их сын, больше полугода назад вдруг свалившийся от болезни или какого-то неведомого проклятья, снова начал просыпаться и открывать глаза, даже ходить благодаря тому камню, что добыл фон Айнцберн. Пусть на это пришлось потратить больше месяца и мотаться почти на другой конец солнечной системы на чёрт знает какой отдалённый планетоид. Главное - что всё сработало. Хотя торговец не представлял как. Просто камень поместили в мальчишку да напитали магической энергией, соединив её как-то с его телом. И процесс пошёл. Как это понял мужчина и как ему объяснили. 16-летний парень ещё был слаб, но зато в сознании и двигался.

А Кристоф любезно предложил Хоглану остаться у них здесь, на Лирее, на несколько дней или на какое время он захочет. Ведь просто не могли отказать в гостеприимстве после того, что он сделал. Торговец согласился, потому что правда устал и надо было немного прийти в себя перед тем, как отправиться дальше. Вон даже до алкоголя добрался, хотя обычно не питал к нему особой любви. Добыча камня действительно была утомительной и долгой.

Отдых проходил спокойно. Фон Айнцберн даже начал вспоминать о старых знакомых с этой планеты. Их было не так много. И почему-то на ум внезапно пару раз пришла девушка Лира, однажды вот так же позволившая торговцу восстановиться после нервного дня у себя дома. Интересно, как она там поживает? Лучше бы этот вопрос не приходил в голову. Именно в тот момент.

На третий или четвёртый день Кристоф пришёл домой после очередного рабочего дня какой-то более осунувшийся и задумчивый, чем обычно. Даже как-то прошёл мимо Хоглана, не сразу вспомнив о нём.
-Кристоф? Что случилось? Тебя что-то беспокоит?-Фон Айнцберн некоторое время был знаком с этой семьёй. И помнил, насколько спокойными людьми были де Кессель и его жена. Да и сын, в общем-то, тоже. Чтобы выглядеть вот так вот, требовалось какое-то серьёзное событие. Например, то, что случилось с их сыном Стэфаном.

-Что? А, да, прости. Задумался что-то. Да братец мой разбушевался. Наверное, скоро за ним уже стражей порядка отправят. Или он сам куда-нибудь сбежит. Представляешь, совсем озверел, людей прямо на улицах хватать начал. Вон полюбуйся. Не общие камеры, но частные зацепили несколько случаев. Я точно знаю, что это его люди. Личные источники сообщили.

Вот оно что. Хоглан сам пару раз пересекался с братом Кристофа Виктором и был о последнем наслышан. Печальная семейная история. Дядя - один из тех, кто предпочитал тёмную магию и некромантию использовать в самых неприятных смыслах этих направлений. И большую часть времени проводил с Виктором, который тоже с малых лет проникся идеями не совсем здорового толка. Кажется, дядю давно всё-таки застрелили во время одного из “научных” опытов. А Виктор решил перенять эту часть семейного дела. Он всегда был более вспыльчивым и впечатлительным, да ещё и эмоциональным из двух братьев.

Теперь вот сам занимался тем же самым. Искал власти и знаний для себя и подчинённых, но совсем не законными способами. Да, один из тех, благодаря которому время от времени на улицах появлялись магические гибриды животных. Обязательно способных разорвать человека снаружи или изнутри. И новые виды ядов, наркотиков. Разумеется, время от времени ему требовались новые… Подопытные. Хоглан нахмурился. Была бы только его воля - давно бы засадил куда подальше или сам расстрелял. Но здесь была семья… А у Кристофа никогда не хватало воли решить вопрос окончательно и бесповоротно. Вот приходилось иногда наблюдать подобную картину.

Знакомый протянул ему планшет с записью. Там и правда было видно, как два или три бугая усыпляют людей да утаскивают их куда-то вдаль. Торговец глубоко вздохнул. Хотел уже вернуть с сочувствующим кивком. Но одна картинка привлекла его внимание.В одном из переулков люди Виктора схватили… Маленькую хрупкую девушку. Со светлыми волосами. В лёгком платье, хоть и сверху что-то было, зима всё-таки.

Теперь уже время Кристофа испугаться реакции Хоглана. Потому что последний долго смотрел на изображение. И почти не моргал, пытаясь ухватить малейшие детали. Где-то в глубине души долго пытался убедить себя в том, что это не его знакомая. Нет. Просто не может быть. Но почему-то всё на свете… Собственная интуиция и образ девушки… Её движения, общий образ, детали во внешности… Казалось, на пару мгновений было видно лицо. Лира?! Нет, не может быть. Только не она, только не с людьми Виктора. Только не с ним. Зараза. Ни за что на свете. У него начал дёргаться глаз. Так и не прошло.

-Хоглан? Хог! Да что с тобой?!-Фон Айнцберн не сразу вернулся в реальность, в которой своими руками едва не раскрошил экран, который держал. Выругался. Потом едва не треснул этой техникой об стол или стену. Снова выругался.
-Проклятье. Прости. Где он?
-Кто, Виктор? Думаешь, это разумно?!
-Мне плевать! Где он торчит?!
-Да что за… Говорят, на окраине города арендовал для себя промышленное помещение заброшенное… Хоглан!

-Давай мне чёртов адрес. Я иду к нему.
-С ума сошёл? На кой ляд?!
-Ты сейчас готов что-то с ним сделать? Засадить или пристрелить, в конце концов? Готов?
-Зачем ты…. Нет, ты же знаешь.
-Значит, я пошёл отбивать и выкупать у него последнюю добычу.
-Почему? Хоглан, он же тебя на куски порвёт… И наверняка будет спрашивать о недавнем артефакте для сына…
-Я тебе расскажу… Если всё удастся.-Во время разговора фон Айнцберн просто ходил туда-сюда по комнате. Не знал, с кем больше пытался спорить, с Кристофом или с собой. Глаз так и дёргался. Торговец направился к двери. Ну вот, он даже со своими давними знакомыми вёл себя, как тогда с девушкой.
-Да подожди ты. Дай хоть что-нибудь прицеплю!
-Зачем? Тебе надо быть с семьёй. И отдыхать.
-Всё никак не привыкнешь, что есть люди, которые заботятся о тебе… Вот… Если что, нажми на него. Или если он сломается, я буду знать. И позвони мне, ради всех богов! Что-нибудь да сделаю…-Кристоф тоже любил магические камни. Один из таких, что-то наподобие жучка, подцепил фон Айнцберну в бок.

А у Хоглана с тех пор, как он увидел ту самую картинку, так и зависли в голове эти мысли. Держись, Лира, только держись. Надеюсь, что эти твари не сделали с тобой ничего особенно плохого. Не позволю ни часа больше задержаться там. В подвале, взаперти, не важно. Только бы не сделали что-нибудь с ней. Хотя что торговец будет делать сам для её освобождения - не представлял до последней минуты. И почему ей так не везло иногда на случайные встречи? Проклятье. Ладно, будем думать на ходу. Чёрт, только не она. Оставалось надеяться, что если и успели накачать - то чем-то не серьёзным. Нет, лучше правда не думать. А то мурашки начинали бегать и руки трястись. Ничего. Как-нибудь он её обязательно вытащит.

Отредактировано Хоглан фон Айнцберн (2024-03-22 08:12:34)

Подпись автора

Голос
Музыкальная тема

+1

3

[indent] Путешествовать по миру действительно изнурительно. Иногда хочется всего лишь закрыть глаза и представить, что она, Лира, не спасается бегством, не вынуждена переезжать с места на место и вечно оглядываться, а просто изучает мир и по собственной воли старается встретиться с каждым новым городом, осесть в нём. Хочется сделать вид, что этот образ жизни – не мучительная тоскливая история, а нечто важное, ценное. Так, держа монетку одним пальцем ребром, девушка смотрит то на одну, то на другую сторону, пытаясь понять, насколько много сил должно понадобиться, чтобы видеть свой мир исключительно в хорошем свете. Быть может, Лире просто стоит мыслить… по-особенному? Иначе? Возможно, в мире есть пути, варианты, которые она ещё не рассмотрела, но которые могут помочь облегчить жизнь?

[indent] Вздыхая, девушка откладывается монетку в сторону. Она знает, что это даже не монетка, а так, сувенир, напоминание об истоках этой местности. Надевает сапожки. Они протёрлись. Но не страшно, не страшно. Однажды Лира что-то найдёт, придумает, чтобы одежда не была такой старой и порванной. На теле платье тонкое, белое, почти ночнушка. И сверху тёмное плотное пальто – удалось обменять на работу, забрать чьё-то старое. Беловолосой почти не грустно, что она живёт так скромно и бедно – зачем ей средства, деньги, если вскоре придётся переезжать? Зачем обрастать связями, общаться с кем-то, если общение можно потерять, а каждый может оказаться предателем? Таким человеком, существом, кто обманет, обворует, отдаст на растерзание хозяину? Ох, Лира слишком хорошо знает, насколько страшны люди.

  [indent] Пальцы жмут на ручку двери, та подаётся со скрипом. Холодный воздух обжигает лицо, но беловолосая уверенно выходит из дома, захлопывает глухо дверь. Шаг. Ещё один. Промёрзлая дорожка хрустит под лёгкостью девушки. Путешествие не занимает много времени. Переулок. Улица. Покупка продуктов. Последние деньги. Улыбается печально, заворачивает меж домов и вдруг...

[indent] Удар в спину. Отшатывается вперёд, чуть не падает. Ойкает. Не успевает обернуться, как руки блокируют, девушку обхватывают вокруг, в шею ударяет что-то острое и, едва создавая звук, Лира постепенно обмякает. Из рук падает сумка, ноги едва удерживают, всё сознание меркнет, тормозит. Чужие возгласы, усмешки, запах табака. Девушка полусонно бормочет просьбы отпустить, но никто не слушает – лишь приподнимают над землёй безвольным существом. Пальцы грубые открывают глаза насильно – яркий свет слепит, следом вопросы неразборчивые. И дальше густая, непроглядная тьма.

[indent] Она открывает глаза в маленькой холодной камере, в клетке. Сумрак заставляет прищуриться. В голове вата, странно и дико. Перед лицом кромка миски, в ней – вода. Ужас мгновением захлёстывает девушку, она дёргается, но руки и ноги крепко связаны. В голове одна мысль – её вернут Хозяину. Вернут! А это страшнее всякой смерти. И потому беловолосая, не чувствуя себя от отчаяния, резко ударяется головой о пол клетки. Снова. Ещё раз. До треска. До тьмы в глазах. До скуления. Но крови, стекающей с белых волос.

[indent] Голоса. Мужчины ругаются на неё, дверь клетки со скрипом открывается. Лира с тихим скулением потерянно приоткрывает глаза. Её бьют по щекам, проверяют состояние. Она нужна живой. Следом долгие пересуды. Девушка в слабой истерике смеётся, булькает слюной, бессознательностью, едва соображает и видит мир. Следом её вытаскивают, наспех перебинтовывают голову. И вкалывают что-то ещё в изгиб локтя. Лира слабо мычит, но едва может сопротивляться – от сотрясения едва ли она может сделать хоть что-то. Только лишь шепчет одними губами бессвязность и тихо всхлипывает до тех пор, пока не теряется в бессознательности.

[indent] Проблеск сознания – она привязана к прутьям, на шее ошейник, он плотно тянет в сторону, под головой подушка, не позволяющая рыпнуться, причинить вред себе ещё. В руку стекает тонкая нить капельницы – лекарство? Яд? Вопросы не находят звука, не находят ответа – Лира тихо стонет, понимая, что её надёжно зафиксировали и вскоре куда-то будут нести. Она знает, что нужно попробовать сбежать, но руки едва ли слушаются.

[indent] Слышит тихие разговоры из другой комнаты.

[indent] — Девчонка умрёт – нам не поздоровится, — обрывок достаточный, чтобы понять, что девушка нужна живой. И потому Лира с усилием концентрирует все свои силы ради создания магии. Любой. Но пути блокируют упрямо. И тогда, в противовес ей, беловолосая старается усерднее. Ровно до тех пор, пока с носа, глаз и ушей не стекает кровь, и следом она закашливается алым, орошая подушку.

[indent] На кашель шаги становятся громче. Лира с мучением слабо улыбается. Мужчина в растерянности бьёт по прутьям, хочет даже пнуть несносную девчонку, но не смеет – умрёт ещё. Отпирает клетку, чтобы проверить состояние странной девчонки.
Лира обречённо усмехается - она знает, что умрёт здесь.

+1

4

Когда Хоглан добрался до места, он некоторое время поторчал перед входом. Действительно какой-то заброшенный промышленный комплекс. Двери, коридоры, окна. И полная темнота вокруг. Ну да, зачем таким людям, как Виктор, лишний свет. При этом торговец заметил огоньки пары камер наверху. Выстрелил в них из пистолета. Наверное, самому хотелось пар выпустить. Да и время чтобы не терять. Фон Айнцберна действительно заметили сразу, как только он вошёл. Но поначалу не дал охране ничего сделать или что-то забрать. Буквально настаивал на том, что нужно увидеться с самим Виктором, а не его людьми. На других наставлял пистолет.

Очевидно, присутствие только одного Хоглана не сильно заботило окружающих. Но что-то подсказывало им - лучше всё-таки дать поговорить. Пристрелить-то ведь всегда успеется. Тем более, что подчинённые знали, каким затейником по части убийств может быть и сам начальник. Поэтому позвали. Хоть посмотреть, кто из этого и как выйдет.

-Фон Айнцберн? Да неужели? Вот уж не думал, что когда-нибудь ты по собственной воле захочешь опуститься до моего уровня и того, что я делаю.-Как всегда. Двухметровый блондин буквально излучал уверенность в себе. И угрозу в каждом своём движении. С годами ничего не менялось. -Как там моя семья, кстати? Слышал, как ты умотался, помогая моему племяннику. Поэтому по доброте душевной поломанные камеры могу и простить. Но чего ради?

Несколько глубоких вдохов. Что сказать? Почему он, как всегда, отправился выручать кого-то один? Почему именно в такие моменты, когда выдержка была так необходима - она покидала его?Наверное, надо было больше близких людей иметь, чтобы относиться спокойнее? Хотя вот Лира - какая она близкая, они встретились всего раз. И вот надо же. Сорвался.
-Выпускай.-Подал голос торговец. Виктор поначалу не понял, о чём речь. Или сделал вид.
-Ты про что?
-Людей, которых ты поймал в последний раз. Выпускай.-Единственное, в чём Хоглану повезло в тот день - он сохранил некоторую возмутимость и спокойствие в своём виде. И де Кессель тогда не сразу сообразил, зачем вообще произошёл весь этот бардак. Хотя и в самом начале закрались подозрения, что не просто так. Но выражение лица Виктора изменилось на более серьёзное.

-В самом деле? С чего вдруг? Заиграло чувство справедливости? Или жалости?-Он подошёл ближе, почти на расстояние той самой вытянутой руки с пистолетом. -Тогда тебе явно стоило подготовиться к своему визиту лучше, не считаешь? Угрожать полицией мне бесполезно. Через несколько дней здесь не будет ничего, и следа не останется. Даже если прямо сейчас накроют- я потеряю не особенно много. -Да Хоглан всё это прекрасно понимал. И отдавал себе отчёт. Хотелось верить.
-Я готов заплатить. -Самому фон Айнцберну не удалось тогда быть особенно многословным, только это на первых порах могло выдать его нервы. -Только скажи, как.-Но зато не изменил своей верной привычке сразу оговаривать главную цель и то, что он собирается сделать.

И последние слова заставили блондина снова расплыться в улыбке.
-Вот. Совершенно другой разговор.
-Ты всё равно ничего просто так не делаешь.-Глубоко вздохнув, ответил торговец.
-Но ты сам лучше многих других понимаешь, как устроен наш мир. Так что всё верно. Вот это и есть истинная справедливость.
-Она была бы, если бы тебя застрелили давно.
-Но вы отчего-то не можете. Ладно. Но твои действия серьёзно нарушат мои планы. Сможешь предложить что-нибудь интереснее моих текущих занятий?

Времени раздумывать особенно не было, как и возможности сделать манёвр. Единственное, чего хотел тогда Хоглан - поскорее освободить Лиру. Остальное второстепенно, потом как-нибудь выкрутимся.
-Себя. Свою компанию и жизнь.-Он ведь прекрасно понимал, что нравилось таким, как Виктор. Вот Келлен Ферриус из знакомых контрабандистов и торговцев был таким же. Теперь ещё один. Де Кессель сделал вид, что задумался. Но потом кивнул, подойдя к Хоглану ещё ближе.
-А знаешь, твоё предложение мне внезапно интересно. Тем более, что и продать тебя в случае чего можно кому подороже. И потом, мне не терпится узнать часть твоих каналов поставок. Расскажешь, где добыл камень для племянника?-Ну, разумеется. Охранники сделали то, что хотели с самого начала. Наконец, отобрали оружие и всю связь, как обычно.
-Виктор, если ты не сдержишь своё слово и обманешь... Полицию я не вызову, но способ навредить найду.Де Кессель теперь сам недовольно посмотрел на собеседника, покачав головой.
-Да ладно, договорились - значит, выпущу. Хотя ты своим появлением действительно спутал все карты.
-Для этого случая не жалко своего времени.

Вот в результате этого разговора спустя пару часов в камере Лиры появилось два охранника Виктора. Довольно здоровые и крупные. Один из них подошёл к девушке, аккуратно начал освобождать от оков и ошейника, других приспособлений.
-Повезло тебе, малышка. У нашего начальника образовалось дело интереснее, чем развлекаться с вами. Так что можешь подниматься, да уматывать отсюда поскорее. Только чур не кидаться и не кусаться. Если не веришь - можем показать. Поэтому собирайся и проваливай.-Второй тоже время от времени ворчал.
-Да уж, интереснее. Как думаешь, её дружок?
-А мне почём знать? Но не верю я, что пришёл сюда просто так, исключительно по доброте душевной и из жалости.

Подпись автора

Голос
Музыкальная тема

+1

5

[indent] На самом деле было бы проще её убить.

[indent] Пнуть, лежачую, в живот, оставить содрогаться кашлем и задыхаться спазмами, пытаться вдохнуть липкий, свинцовый воздух. Или ударить чем-то тяжёлым по голове, так, чтобы от силы удара раздался странный, приглушённый хруст, а следом закатились глаза, задрожали ресницы, забилось бы судорогой тело. Можно было бы ударить ещё раз. Или обрушить силу на хрупкие рёбра, что при каждом вдохе обнажались на тонкой коже, спрятанной под одеждой. Тогда они бы сломались с почти оглушающим звоном, возможно, осколок ребра пробил бы лёгкое, заставил подавиться воздухом, ощутить, как внутри что-то торопливо сдувается, тонет в тяжести, как каждый глоток воздуха с трудом пробивается в порванные лёгкие. Или кто-то мог бы просто вколоть яд в тонкую нить капельницы – пусть корчится в агонии или же тихо умрёт, завершит свой последний вздох здесь.

[indent] — Вы… от Хозяина? — слабый вопрос сквозь истерзанные губы. Странно, так тяжело говорить. Серые глаза с трудом различают сквозь белые ресницы чьи-то сапоги. Носок болезненно тычется в щёку. Её не слышат? Поворачивают голову, рассматривают, словно проверяют, дышит ли, жива ещё? И следом под нос железо заточенного ножа – на нём остаётся след дыхания. Мужчина удовлетворённо выдыхает, платком влажным вытирает девчонке лицо, поправляет волосы. Усмехается даже, что-то говорит – Лира не слышит, едва воспринимает, едва видит. Грубые руки расстёгивают ошейник, отсоединяют ремни. Лира с трудом поджимает ручки и ноги к себе, скулит, когда конечности сводит спазмом. Руку дёргают, девушка сжимается, боясь, что случится новое мучение, насилие, но вместо этого с неё снимают иглу капельницы. Мужчина помогает подняться.

[indent] — Вставай уже, — ворчит, ругается под смешок второго. Лира с трудом поднимается на ноги, чувствуя, как тело потряхивает от дикой слабости. — Иди...

[indent] Девушка едва слушается. Опирается руками о прутья, выбирается из клетки. Приходится поддержать беловолосую за руку, чтобы та не упала на негнущихся ногах.

[indent] — Что вы мне вкололи? — вопрос хриплый, горло саднит следом от полоски кожи.

[indent] — Просто слабый наркотик, чтобы не шалила. И лекарство, когда ты решила коньки отбросить. Уж извини, целителей нет, — хохочет высоченный амбал, пока Лира по стеночке бредёт дальше, пытается понять, где выход. Хмурится, но лишь кивает в благодарности, когда со вздохом тяжёлым охранник взял девушку под руку и повёл к её знакомому.

[indent] — Куда мы? Кто меня освободил? Хозяин? — удивлённо спрашивает, от силы мужчины едва перебирает ногами, чувствуя, что идёт почти по воздуху.

[indent] — Какой Хозяин? Бредишь? Вот твой Хозяин, — усмехаясь, впихивает Лиру в комнату к Хоглану и к другим людям, считая, что его дело закончено. — Она едва может идти. Выкинуть её на улицу или к дружку? — уточняет у Виктора, толкая девчонку мешком вперёд. Беловолосая прошагивает по инерции несколько шагов, а затем падает на пол, больно ударяясь коленками. Поднимает голову на свет, удивлённо уставившись на Хоглана. Упирается ладошками в пол, но не поднимается, боясь, что своим поведением сделает что-то не так.

[indent] — Хоглан? Почему ты здесь?

[indent] Спрашивает дико, потерянно. Лицо всё измазано в крови, волосы частично тоже. Платье сияет кровавыми разводами. Девушка торопливо моргает, вздрагивает всем телом, сглатывает страх. Оглядывается дико, затравленным взглядом. В голове звон, дикая боль, мучение, страдание. Хочется спрятаться, куда-то деться. Но вместо этого Лира лишь внимательнее вчитывается в лицо Хоглана, пытаясь понять, что делать дальше – пытаться подняться или ждать его команды и атаковать?

+1

6

Охранники в основном смеялись и пытались протолкнуть Лиру дальше. Но когда увидели, что она еле передвигаться-то может, в самом деле решили отвести к Виктору, чтобы тот принял решение о дальнейшей судьбе. Большая часть пленников уже успешно покидали здание. Оставалась всего пара человек вроде девушки.

Когда она вошла, на Хоглана уже надели наручники. Более того, двухметровый блондин успел пару раз приложить торговца лицом об стену. При появлении Лиры мужчина как раз застрял где-то между очередным ударом и попыткой у него что-то выяснить... И собственно, вертикальной поверхностью. Наверное, так они и встретились. Не получается увидеться друг с другом просто как обычным нормальным людям, да?

Из-за шума и беспокойства её вопрос даже как-то почти не был услышан. С одной стороны, это даже хорошо. Фон Айнцберну при малейшей возможности не хотелось давать знать противнику, что у него правда были слабости. При наличии которых не останется вообще никакого манёвра, хотя тут он и так первоначально был маленьким. Но Хоглан, наверное как-то смог прочитать этот вопрос по лицу.

-Очевидно, потому что хотел вытащить отсюда тебя и других людей.-Проворчал торговец. -Насколько успешно получается, до сих пор не в курсе.-он вздохнул и прокашлялся. Виктор снова выдернул его из попытки отдышаться.
-Что это?-Перевёл взгляд на Лиру с охранников и обратно, потом на Хоглана. -Ты правда знаешь тут кого-то? Знаешь её?-Даже глаза заблестели в предвкушении поиска той самой слабости. Зараза.
-Нет, тебе показалось. Но... Может, правда оставишь её здесь на некоторое время? Она в самом деле больна, пусть останется, пока идти хотя бы не сможет.
-Где оставить? С тобой, что ли?
-Да почему бы и нет уже.

С одной стороны, он тогда очень не хотел, чтобы Лира увидела его в таком положении, сама оказалась в подобном состоянии. Видят боги, ему очень трудно было не броситься тут же к ней и не скрипнуть зубами хотя бы раз от злости и бессилия. С другой... Он увидел девушку и понял, что половина намерений в этот день снова провалилась. Он ведь думал... Попытаться попросить её выйти и добраться до телефона и связаться со знакомыми. Но в таком виде... Она вряд ли запомнит даже пару цифр. Фон Айнцберн видел, как ей плохо. Теперь... Пусть действительно хотя бы останется рядом. Угрозы от неё не исходило никакой.

И придётся делать всё самому. Размышления выглядели долгими, а заняли пару минут всего. Он заприметил ближайшего охранника, у которого виднелся телефон. На всякий случай запомнил ещё двоих-троих. И кинулся в их сторону, завязав небольшую потасовку. Пока "нападал" на охранников, всё-таки выхватил у одного из них мобильное устройство. Пока Виктор не выдержал и не схватил его за горло, снова прижав и даже приподняв.
-Какого чёрта? Оказался в таком положении и всё равно пытаешься указывать мне, да ещё и... Что ты делал? Пытался сбежать или просто злил?-Хоглан снова закашлялся. Виктор продолжал давить.
-Виктор, сейчас ты от меня таким путём точно ничего не добьёшься...- Блондин усмехнулся.
-А я и так не добьюсь. Ну да ладно. А давай проверим, заодно и совместим приятное с полезным. Ты всё равно сразу не скажешь, где добыл артефакт. И я всё равно разозлюсь, верно? Так сэкономим время обоим.

Виктор увлекался не только тёмыми видами магии. Но мог иногда и улучшать что-то в себе. Иногда артефактами, иногда технологиями вроде имплантов. Сил ему и так было не занимать. Как и природной ярости, которая чувствовалась и на расстоянии. А так он мог сломать буквально всё, что угодно. Вот он парой ударов буквально пробил рёбра торговцу. Послышался хруст, затем опять. Очевидно, почти добрался до сердца и лёгкого, что-то раскрошив уже внутри. Вытащил руку. Не убил, но покалечил однозначно.

Фон Айнцберн вздохнул пару раз, снова закашлялся, а потом закрыл глаза, потеряв сознание. Виктор опустил его на пол.
-Теперь у всех у нас будет время подумать о текущей ситуации.-Заметил он, глянув в сторону Лиры. -А девушка пусть сама скажет, без подсказок и ценных указаний. Выходит наружу или остаётся с ним.-Наверное, сейчас Хоглану было бы легче, если бы она осталась. Но сказать он ничего не мог.

Отредактировано Хоглан фон Айнцберн (2024-04-20 07:07:24)

Подпись автора

Голос
Музыкальная тема

0


Вы здесь » Аркхейм » Личные эпизоды » Спасение утопающих