Форумная текстовая ролевая игра в антураже фэнтези
новости
активисты

Добро пожаловать на форумную ролевую игру «Аркхейм»

Авторский мир в антураже многожанровой фантастики, эпизодическая система игры, смешанный мастеринг. Контент для пользователей от 18 лет. Игровой период с 5025 по 5029 годы.
Добро пожаловать на форумную ролевую игру «Аркхейм» Авторский мир в антураже многожанровой фантастики, эпизодическая система игры, смешанный мастеринг. Контент для пользователей от 18 лет. Игровой период с 5025 по 5029 годы.

Аркхейм

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Аркхейм » Личные эпизоды » История давно минувших дней


История давно минувших дней

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Сабаот / Окрестности поселения Магдарос / 5025 год

Баргенэр Дум, Майкрофт Дум

https://i.imgur.com/lwK44DT.jpeg

Эпизод является игрой в настоящем времени и закрыт для вступления любых других персонажей. Если в данном эпизоде будут боевые элементы, я предпочту стандартную систему боя.

Отредактировано Баргенэр Дум (2024-05-09 12:09:11)

Подпись автора

https://dragcave.net/image/dKnUj.gif

0

2

"Железная" плоть не означает железное сердце, сколько бы ни старался наргдалит скрывать свои чувства. Будто наполняясь мелкими пузырьками воздуха, тяжёлый камень должен всплыть время от времени со дна, куда его хоронят ещё на долгое время. Прошлое не должно тревожить того, кому нужно по жизни абстрагироваться от собственных глубинных чувств, как бы они ни были на самом деле важны. Но и полное игнорирование их может вызвать последствия, которые бывает очень затруднительно разгребать. И тогда Баргенэр начинал чувствовать, насколько на самом деле не легка бывает жизнь. Призраки прошлого, будто призраки из давно забытых могил, начинали трогать его душу, заставлять кровь холодеть, а сердце замирать всего на мгновение дольше. Призраки на самом деле не существуют, они не могут ему навредить, но другое сравнение с всплывающей памятью о самых трудных моментах жизни и не напрашивается.
И тогда начинается то, что Барген очень не любит. Взгляд, обычно наполненный суровостью, жизнью и оценивает букально каждую деталь, начинает всё меньше обращать внимания на объективные вещи, уделяя больше внимания чувствам, от моральной усталости сон в руку не идёт, а с невыспанностью приходит очень нервное и противное состояние. Один раз довелось услышать сравнение с каким-то стариком, настолько задолбанным жизнью, что начинает ненавидеть всё вокруг. Это был уже тяжёлый случай, когда большая нагрузка со всех сторон стала давить ещё одним грузом, помимо крайне печальных воспоминаний, и нервная система начинала не справляться. Было бы странно не обратиться по такому поводу за помощью, и Баргенэр может и был бы рад это сделать, но по привычке пытался спрятать очень личные вещи от чужих ушей. Да, спрятать хоть кто-то от поселенцев Магдароса было уже трудной задачей, но необходимой, иначе по сарафанному радио уже в ближайшие дни об этом будут знать буквально каждый. Вместе с тем, что они не могли знать, чего не происходило в прошлом? Старшее поколение клана точно было выходцами из Гирзы, где история прошлого Баргена была полна различными историями. И наргдалиты время от времени пересказывают эти истории друг друга, вспоминая не только его. И сколько раз Сэрах просил относиться к такому проще, Баргенэр не мог себе этого позволить, как и проскакивающие сплетни в рабочих вопросах. Какая разница, кто, где, с км и сколько раз, если речь идёт, например, об охоте? Вместе с тем, было очень трудно запретить им делать это полностью, и чтобы растопить обстановку, не только позволял им пообсуждать что-то, но и бывало сам принимал в этом участие. А потом возвращал всех к работе, и шла она уже намного легче, будто курящий только что вышел в курилку и сделал там пару затяжек.
Но сам не мог позволить ни себе, ни другим, разрушить его старательно созданный образ лидера, который должен существовать в как можно более неизменном смысле. В идеале, по крайней мере. Поэтому иногда Барген уходил в "тихую охоту" на песчаный трюфель. Действительно в глубинах пустыни находились комки, похожие на песчаник, но внутри находился отнюдь не песок, а форма гриба, которым любили питаться многие создания, живущие в пустыне. Буквально начиная от молодняка монстров, за которыми не присматривали родители, до насекомых, ящериц и гостей пустыни. Потому было очень не легко найти песчаный трюфель, который не был бы испорчен, надкушен или уже расколот. Последнее значило, что трюфель полностью созрел и начинал выпускать споры и становился ядовит для большинства созданий. Сколько раз попадались тушки, будто поражённый кордицепсом, но на самом деле неосторожно съедали созревший песчаный трюфель. Найдя один такой комок песка, наргдалит взял его в ладонь и несильно постучал по нему тупой стороной ножа. Незрелый песчаный трюфель никогда не раскрылся бы, не будучи разломан на части, но само тело гриба было очень хрупким и внешняя песчаная корка могла быть достаточно жесткой, чтобы защитить его. Тогда в дело шел кончик острия ножа, чтобы слегка всковырнуть и убедиться, что это не просто кусок песчаника. И прямо под коркой из песка и слизи находилось белое тело гриба, пахнущее немного свежим дождём, немного грибом, но в основном - почти никак. "Пустыня милостива к своим обитателям" - мысленно поблагодарил Барген за искомый подарок и, после лёгкой обтряски от песка, сунул его в мешочек. Уже с парочкой незрелых трюфелей он пошёл проверять собственные схроны и тайники, куда прятал снаряжение и долго хранящиеся припасы, которые всегда могут пригодиться в охоте. Каждый такой тайник обязательно сопровождался записью "Я тебе - ты мне. Бери сейчас - потом положи что-то своё."
Многие припасы обычно оставались не тронуты, по мере того, как хорошо охотник прятал следы. Но во время этого обхода, два клада он нашёл пустыми и в трёх лежало совсем не то, что он помнил, что туда положил. Нет, охотник на самом деле не запоминал точно, что прячет и где, но хорошо знал свою упаковку. Несколько лучше всего спрятанных тайников содержали горшочки с настойкой на песчаных трюфелях. Каждый раз он сливал уже готовую настойку и выкидывал использованный трюфель, промывал песком ёмкость и делал новую настойку. Специально ради такого брал с собой готовый спирт. Почему бы не выпить ему чистый спирт? Опять же, настойка имела вкус полюбившихся ему трюфелей. После всей обработки, часть спирта будто превращалась в сладковатый и слегка тягучий сок, остающийся во рту ещё надолго.
В завершении своего долгого и витиеватого маршрута Баргенэр подыскивал укромное место, но не какое угодно. Это было определённое место, где скалы изъедены эрозией, но ещё не давали дюнам накрыть небольшой участок. И только там Барген наконец был полностью готов побыть наедине с собой. Полностью расслабленный и подготовленный несколькими медитативными занятиями наедине с собой, он возвращался сюда и видел то, что позволяло воспоминаниям накрыть его с головой.
В своё время, не намного позже того как оказался располовинен убитым чудовищем, Баргенэр посвятил себя одному проекту и изготовил реплики некоего снаряжения. Потом они оказались здесь как дань памяти погибшим наёмникам. Каждая импровизированная могила была подписана и очищалась от лишнего песка каждый раз, когда охотник сюда приходил. Сам Баргенэр полагал, что наргдалиты его осудят из-за совсем другого отношения к смерти. Если посмотреть на образ жизни, а соответственно и культуру наргдалитов, смерть воспринималась как нечто совершенно естественное и относиться к этому следовало намного проще. Ты ешь убитых монстров, чтобы жить дальше, а если сам оказался съеден - вероятно, природа победила и создание будет жить дальше. Цикл, который ярко свидетельствовал, что даже наргдалиты всего лишь часть экосистемы, не больше и не меньше, и их это устраивало. Но в то время, когда Барген улетел быть наёмником, он жил совершенно другой жизнью и сильно ей проникся. Среди них буквально каждый был на счету. ведь от этого зависело, как хорошо будет работать команда, отряд или даже успех миссии, когда провал мог легко значить смерть или чего похуже. Потеря каждого сопровождалась глубокой скорбью, которая прекращалась только когда каждого посетит одна и та же мысль - все они просто разменная монета в интересах нанимателей, каждый сам добровольно и осознанно выбрал эту жизнь и должен сделать выбор, будет ли продолжать или уходит. Не редки случаи, когда отряды наёмников так и распадались полностью. Для Баргена первое время это было не совсем понятно, но когда он понял что это далеко не его привычная экосистема, проникся общим взглядом на смерть товарищей, которые со временем становились ближе, чем родственники. Это оставило очень глубокий след в душе, который до сих пор не мог сгладить, даже живя уже совсем другой жизнью. Помогало лишь одно - изготовить импровизированные могилы, вспомнить каждого павшего и ныне живущего товарища, а вместе с тем отдать дань памяти тем, кто уже не топчет этот космос.
Среди общего убранства места памяти находились несколько вещей, которым, скорее всего, не характерно было бы находиться тут - больших размеров модульная броня высокотехнологичного производства полным комплектом, неплохо подошедшая бы на размеры Баргенэра, даже с учётом его рогатой головы. И несколько рукоятей с кнопками, видимо от высокотехнологичного оружия, лежащие совсем не далеко от щита, который даже в сложенном состоянии был бы достаточно большим для хумана. Но судя по стыкам, он точно был сложен. На всём снаряжении, включая реплики, был логотип, подписанный как "Black Knights", а на броне был самый большой отличительный знак, означавший ранг командующего и аса. Но броня не была вместе с могилами, а стояла в стороне. Зато Баргенэр сейчас стоял перед могилами и выливал на них содержимое одного из сосудов с настойкой, из которого предварительно отхлебнул глоток, будто присоединяясь к этой попойке с призраками его товарищей.

Подпись автора

https://dragcave.net/image/dKnUj.gif

+1

3

Исследователь не исследователь, если не старается сунуть нос туда, куда не следует. Чаще всего это, правда, относится к опасным, но интересным местам для исследования. Или опасным монстрам. И редко когда чужие умы и души, если только, конечно, исследователь не по этой части. Майкрофт хоть и изучал множество направлений, но все они никогда не затрагивали чужие сознания, кроме, разве что, определённой магии. Но почему-то периодически он стремился забраться и в личные глубины других существ, в которых те старательно прятали то, что не хотели, чтобы другие увидели. В такие моменты любопытство переходило мыслимые пределы и было не удивительно, если его бранили или даже получал по голове. Сам при этом такой же хитрец – дальше определённой черты не пустит.

И, наверное, больше всего среднему сыну было любопытно забраться в голову к отцу. Псионика, ментальная магия – не особо честные штуки, потому к ним не прибегал. А вот вывести на разговор…. Была та ещё задача. Суровый и порой непонятный Барген при всей своей кажущейся дубовости ловко увиливал порой даже от возможности подобных расспросов. А иногда это не удавалось по объективным причинам, к примеру, когда дела заваливали с головой. Когда же глава поселения на время пропадал, не уходя при этом на охоту, уже мать отговаривала любопытного сына не ходить следом. Сама Нэльсия тоже не особо стремилась следом за мужем, просто давая ему возможность побыть наедине со своими мыслями. Так у них сложилось и это, в принципе, работало. Не сказать, что наргдалитка не волновалась, но доверяла. Тем более она знала, куда уходил Барген и это немного успокаивало. Неизвестность, всё же, пугает больше.

Правда, сейчас удержать Рофта от желания пройти по следам Нэль уже не могла. Да и смысл? Сын ведь уже сложившийся опытный охотник, даже если она запретит, он спокойно может и без её ведома уйти на поиски отца. Хотя, могла ли она что-то запретить уже взрослому наргдалиту? Вместо этого она рассказала, куда держать путь, чтобы найти то самое убежище, но взамен попросила Майкрофта не удивляться возможным реакциям Баргенэра и не сильно на него давить. Тот обещал постараться настолько, насколько сможет и ушёл собираться. Немного позже наргдалитский охотник отправился в путь.
Обычно наргдалиты передвигаются по пустыне на прирученных разновидностях местных животных и монстров. У отдельных охотников были свои ездовые монстры, но, чтобы их получить и вырастить, порой требовалось много усилий. Но такие «охотничьи трофеи» были же поистине достойными. Для крупных караванов уже снаряжали песчаные корабли, так как разных вещей требовалось перевозить значительно больше. Даже караван, состоящий из гружёных вьючных животных, не был бы столь эффективным. Однако Рофт сейчас пересекал пустыню на более необычном транспорте. Устройство, выглядящее, как длинная доска для сёрфинга, но составленное в основном из костей монстров, невысоко парило над песками, давая скорость и манёвренность на столь непростом ландшафте. В основе доски были два артефакта, которые и придавали этому средству передвижения возможность парить и разгоняться до приличных скоростей. Доска была изготовлена по заказу Майкрофта одним артефактором. Хоть и сам учёный кое-что умел, но тут ему явно чего-то не хватало для воплощения своей задумки в жизнь, а потому с чертежами и материалами он пришёл к мастеру. Такой необычный транспорт обошёлся ему почти даром, учитывая, что и материалы наргдалит свои принёс и потом, в качестве оплаты, достал артефактору пару ценных частей монстров. Хоть пустынники Сабаота и пользовались магическими устройствами, но о массовости производства такого транспорта пока не шло. Версия хоть и была рабочей и стабильной, но Рофт ещё тестировал её и примерялся к мысли, стоит ли её пускать в народ.

Пройти по следам, в общем-то, будет не так сложно. Не смотря на то, что Нэльсия указала, где искать Баргена, следы помогали не сбиться с курса. Отец хоть местами и заметал следы, но не сказать, что особо прятался. Впрочем, и без них Майкрофту не составляло труда следовать по ним. Теомагия в этом отличный помощник, а монстра ты ищешь или другого наргдалита – не суть важно. А учитывая специфику транспорта, до тайного места охотник добрался довольно скоро.

Остановившись перед входом в ущелье, маг первым делом упаковал доску в подобие сумки. Она была полуоткрытая и имела ремни, чтобы транспорт был плотно закреплён. По сути, это и сумкой было назвать трудно, но настоящий чехол был бы неудобен при путешествии, а так всё компактно складывалось и позволяло потом закрепить доску для переноски за спиной. Закончив со средством передвижения, Рофт затем занялся приведением себя в порядок. Вот вроде день отличный, никаких песчаных бурь, даже никакого сильного ветра, но песок всё равно умудрялся оказаться везде. Пришлось отряхнуться и только затем двинуться в ущелье.

Секретное место не сказать, что было особо секретным. Оно не было спрятано в лабиринте из каменных «коридоров», в каких-то хитрых руинах или в пещере под барханами. Но эта область не пользовалась большой популярностью у путников, просто потому что для разбивки лагеря были места получше и попросторней, где мог бы спокойно расположиться небольшой караван.
Убежище главы клана найдётся быстро. Надо было только пройти глубже в ущелье и в какой- момент ты попадал в место, находившееся как бы под навесом скалы, которая огибала пространство полукругом. Охотник дошёл сюда именно к тому моменту, когда отец «пил» с покойниками. Рофт притаился за углом, решив не сразу окликать Баргена, а понаблюдать за ним. Всё-таки его тут не ждали и заваливаться к тому, кто хотел какое-то время побыть наедине со своими мыслями и переживаниями, было так себе.

Подпись автора

https://i.imgur.com/juwIeOg.png
https://dragcave.net/image/6vOOB.gifhttps://dragcave.net/image/ZjcV2.gifhttps://dragcave.net/image/nPypz.gif

+1

4

Уже чуть выпив, но ещё даже немного не напоившись, Барген ещё какое-то время стоял молча. Он восстанавливал в памяти образ товарищей, разговаривал с ними в мыслях. Он не любил в этот момент хоть что-то говорить вслух, голос выдёргивал из того образа, который он строил сам себе. Всё, что он придумывал себе в качестве речи товарищей, было ответами самому себе, насколько мог себе представить их ход мыслей, голос и даже речь. Всё не забывалось, но и не беспокоило потому, что каждая вещь хоть и не имела своего функционального назначения, была зачарована на воспроизведение заложенных образов напрямую в память. Так можно было получить или освежить часть памяти столько, сколько было угодно раз. Да, это можно считать артефактами очень специализированного назначения, не пригодного в бою. Но идеальные для того, для чего предназначались.
Становилось ещё грустнее от осознания того, что они не будут больше никогда рядом. А ведь у них были мечты, дом, куда мечтали вернуться. А потом раз - и ничего больше нет, и жизнь не жизнь, и вернуться больше некуда, кроме одного последнего пути. Барген не чувствовал в этом своей вины, но такое общение позволяло вернуться в те времена, а потом их отпустить.
Что было примечательно в импровизированных могилах, которых насчитывалось никак не меньше десятка, не все из них имели реплики технологичного оружия. Другие могли иметь доспех, сувенир, предметы быта, фотографии. Но у них не было надгробий с именами и эпитафиями, их вполне заменяли подписи на оставленных памятных репликах, содержащие ещё даты и звание.
Но после такой минуты памяти, бате становилось даже чуть легче. Его отпускали прежние переживания, которые мог обсудить с теми, кто уже не расскажет. Что было примечательно, такие разговоры тоже запоминались артефактами, но отдавали только то, что от них требовали. И только магия Баргена давала ещё немного жизни этой памяти, заставляя реагировать и изменяться от всего сказанного. Чтобы такое осуществить, создавалась специально ментальная сфера, очень хрупкая и зависящая от того, о чём думает в это время чародей.
Завершение ритуала начиналось уже с того, что Барген открывал глаза. Хоть из-за активной ментальной магии он уже был в курсе присутствия Майка просто ощущая его взгляд, просто старался не замечать какое-то время. Но из-за того, что Майк пришёл не вовремя, он мог заметить Баргена не представляющего из себя какой-либо роли. Находясь вне поселения и вне общества, это был единственный способ увидеть Баргена не думающего о своих поступках и просто живущего своей жизнью так, как хотел бы сам. И так будет до тех пор, пока сам не решит вернуться, чтобы снова принять на себя очередную роль. А тот наёмник, кем он когда-то был, останется здесь до следующего возвращения.
На последок Барген прошёл вдоль ряда импровизированных могил и создал у каждой зажжённую свечу под прозрачным укрытием от погоды. В каждом таком огоньке он видел послание - "пока жив хотя бы один из нас, память будет жить и "Black Knights" не умрёт". И это действительно было так. При любом удобном случае Барген возвращался к мысли о том, как поступил бы наёмник, мог бы он себе так позволить действовать или нет, в чём его выгода и как расценивать заказчика, как и очень многие правила в заключении договорённостей. "Не делать работу за бесплатно" было одним из тех жизненных уроков, который мог не работать внутри клана из-за совсем другого правила, ранее описанного на табличках.
Он не видел смысла как либо скрывать это от сына. В последствии может случиться так, что уже ему перейдёт эта вахта, и он узнает про батю намного больше, чем знал до этого. А то и сделает тоже такую работу, только уже с настоящей могилой. Или нет. Уже будет абсолютно не важно. "Чтож, теперь следует пригласить его войти", решил батя недолго после завершения хотя бы минимума своих ритуалов. Уже закусывать и выпивать за их память можно было и в компании, а может и будет лучше так сделать.
Неспешно Барген пришёл к тому месту, где стоял Майк, и лишь оперевшись на скалу рукой, выглянул из-за угла. Старая привычка, раньше эта рука одёргивала его рефлекторно при нахождении стрелка за углом. Встретившись взглядом с Майком, батя на секунду промолчал, что-то перегоняя в голове.
- Привет. Нашёл меня таки. Заходи, рассказывай.
Приглашая, батя уже сделал пару шагов от сына вглубь ущелья и повёл дальше, позволяя самому увидеть всё, что здесь находится. Скрывать уже было нечего, но Барген всё же очень надеялся не получить соуждения хотя бы от своего сына. Но если так случится... Просто расскажет ему всё. Сейчас нечего было скрывать, да и настроение было подходящим для откровения. Ведь, в первую очередь, сам батя не видел ничего постыдного в том, что здесь сотворил, и был полностью уверен что так надо. Майк вырос уже совсем в другой среде и у него могли отличаться взгляды на происходящее. Что может сказать наргдалит, никогда не бывший наёмником или хотя бы военным? Многое. Но Барген правда рассчитывал хотя бы на уважение его прошлого и памяти, чтобы избежать резких замечаний, что это как-то "не по-наргдалитски".

Подпись автора

https://dragcave.net/image/dKnUj.gif

0

5

Рофт так и наблюдал, притаившись за углом, за нехитрым, хоть и ему в чём-то не до конца понятном ритуале. Но глаз от этого оторвать было почти невозможно. Природное любопытство требовало больше информации, а посмотреть было на что. Это не было каким-то шоу, никакого бурного действа не происходило, и вроде бы на первый взгляд и смотреть было не на что…. Но охотник главу поселения таким не видел. Он подмечал всё, что мог заметить и все эти детали складывались в совсем непривычную картину. Обычно в меру суровый, деятельный и почти всё знающий отец здесь стал каким-то… другим. У наргдалита при этом не было слов, чтобы правильно описать то, что ему казалось, но это определённо его завораживало. Слишком уж порой много секретов было вокруг Баргена и слишком мало ответов. А тут – будто целый пласт как на блюде. Только и пласт был не совсем понятный, но, возможно, сегодня учёный наконец-то получит если не все, то хотя бы часть ответов. И вопросов было много, и охотник мог не захотеть раскрывать всё. Тут каждый предмет как отдельный вопрос, чего уж….

В момент, когда Баргенэр пошёл вдоль импровизированных могил, Майкрофт постарался быстро схорониться за скалой, чтобы не попасть на глаза. Правда, он пока не осознавал, что уже и так был замечен, просто об этом пока не дали понять. Но зажжённые свечи ему ещё представится шанс увидеть.
Решив выглянуть и проверить, где там отец, Рофт столкнулся с ним глазами ровно в тот момент, когда сам охотник выглянул с другой стороны угла. От такой неожиданности маг на автомате рванул в сторону, инстинктивно стараясь увеличить дистанцию между собой и «противником»…. Но не рассчитал, что ширина ущелья здесь была не то чтобы большая и до противоположной стены он добрался буквально в два, если не в один свой прыжок. «Поцеловавшись» со стеной щекой, учёный по инерции отскочил от неё и упал на бок, но постарался быстро встать. Вот если бы упал на спину – было бы сложнее подниматься на ноги из-за доски, висящей за спиной. А так, наргдалит довольно быстро поднялся на ноги и, отряхиваясь, прошёл вглубь ущелья, куда уже ушёл отец.

- Каждый раз удивляюсь, вроде габариты приличные, а двигаешься так, что тебя не слышно, - фыркнул Рофт, потирая ушибленную щеку. – Да я… В общем…..
Сын откровенно не знал, как сформулировать свою мысль с рассказом о том, какого чёрта он тут вообще забыл, так что помолчал немного, прежде чем слова сложились в удобоваримый текст, попутно мельком осматривая собранные здесь вещи.
- Я уже не первый раз подмечаю, что ты куда-то уходишь, но…. Раньше меня просили тебя не беспокоить и я как-то с этим смирялся. Но любопытство сильнее меня, так что извини, если потревожил…. Маа рассказала, где тебя можно найти, ну, я собрался и отправился…. Теомагия помогла не сбиться с курса и вот, я тут, - закончил свой небольшой рассказ средний из сыновей лидера клана, одновременно с этим снимая с себя лямку сумки-футляра, висевшей через плечо. Перехватив доску поудобнее, Рофт поставил её у свободной стены, чтобы она не мешала ему сейчас, а сам пошёл осматривать то, что здесь бережно хранилось.

Первым делом подошёл к могилам. Он не помнил, видел ли он, как хоронили другие расы своих сородичей, но манера точно была не наргдалитская. Впрочем, у учёного это вызывало не суждение, а любопытство. И пока он вёл свой осмотр молча. Теомагическим кругом, как рентгеном, просветил весь ряд, подмечая, что здесь почти ничего не было, кроме вот этих разных предметов: частей снаряжения до всяких мелочей. Но все они имели привязанные к ним чары. Влезать в них маг не стал, чтобы не нарушить. Да и что-то ему говорило, что это будет некрасиво. А вот запах спиртного охотник явственно чувствовал и без теомагии, что вызывало, кстати, дополнительные вопросы. И саму настойку он тоже узнал, всё-таки Баргенэр был далеко не первым, кто её делал. Но лично Майкрофту она не сказать, что нравилась: выпить можно, но если чем-то наслаждаться, то у этого наргдалита были другие предпочтения. На элементах экипировки (хотя, впрочем, не только на ней) обнаружились надписи: имена, звания, даты. Имена охотнику не были знакомы, звания же хоть и были понятны сами по себе, но в целом вызывали вопросы, а даты только добавлялись к ним. Впрочем, последние расшифровать было не трудно, они были характерными для записи годов жизни. Только одна надпись повторялась от предмета к предмету: "Black Knights". Точно такая же надпись будет найдена и на комплекте брони, что стоял в стороне. Нетрудно было догадаться, кто был её хозяином, но Майкрофт мог поклясться, что никогда её не видел ранее. Высокотехнологичное оружие было здесь же и её набор только лишний раз намекал, кто им орудовал. Однако же на броне имелся ещё несколько обозначений, некоторые из которых Рофту, к его удивлению, они показались очень знакомыми. Охотник залез рукой в подсумок, извлекая из него небольшой блокнот в кожаном переплёте. Уже немного потрёпанный временем, но выглядящий всё ещё неплохо. Пролистав какое-то количество страниц и, видимо, найдя нужное, маг пару раз перевёл взгляд с брони на свои записи. Видимо, нашёл, но затем снова принялся просматривать их, будто ища что-то ещё. Но, видимо, в этот раз поиски успехом не увенчались, и книжечка вернулась на своё законное место. Теперь уже у самого Баргенэра могли появиться вопросы, потому как сын не то чтобы часто показывал ему этот блокнот. Вернее, вообще не показывал. Рофт чаще всего пользовался магическим коммуникатором: в нём делал записи и через него же держал связь, если требовалось. А тут – обычная бумажная книженция с когда-то чистыми, а теперь большею частью с исписанными листами. Это уже было интересно. Не то чтобы исследователи ими не пользовались, но как-то в руках у мага она не мелькала особо.

Стоит сказать, что как осмотр всех «сокровищ» проходил молча, так он молча и закончился. Глава клана не услышал никаких замечаний, упрёков или вопросов. Впрочем, последнее точно ещё впереди.

Подойдя к отцу, средний сын окинул его задумчивым, с примесью сомнений, взглядом. С помощью светящихся линий, нехитрого магического фокуса, Рофт начертал в воздухе один из символов, что так же встречался как на броне, так и на других частях снаряжения. Этот элемент не был чем-то отдельным, скорее, добавочным орнаментом…. Но у него был свой смысл.

- Я думаю, ты знаешь, что этот символ означает, да? – спросил наргдалит, серьёзно, но одновременно без осуждения и с какой-то небольшой неуверенностью в собственных словах, будто он сам почему-то не мог поверить. – Наёмники….. Я же прав, да? Я узнал его…. Ты был наёмником?
Ни для кого секретом не было, что наргдалиты, выбиравшие попутешествовать, нередко уходили в наёмники. Это не осуждалось (если, конечно, кто-то не творил запрещённых вещей во время своей бытности наёмником) и в целом новостью такой тип заработка не был. Но слова Майкрофта звучали так, будто он сам не верил и для него такая деятельность вообще была в новинку. Несмотря на то, что наёмничеством он сам промышлял и промышляет до сих пор. Опять же, без какого-либо осуждения по отношению к Баргену, но сейчас перед охотником вот так внезапно открывалось прошлое его собственного отца, которое скрывалось им много десятком, если не сотен лет. И, судя по всему, для учёного такие подробности сейчас ощущались как очень лёгкий шок вперемешку с удивлением, любопытством и может даже маленькой чайной ложечкой восторга.

Подпись автора

https://i.imgur.com/juwIeOg.png
https://dragcave.net/image/6vOOB.gifhttps://dragcave.net/image/ZjcV2.gifhttps://dragcave.net/image/nPypz.gif

+1


Вы здесь » Аркхейм » Личные эпизоды » История давно минувших дней


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно